Лев Шлосберг. Заметки на камнях (lev_shlosberg) wrote,
Лев Шлосберг. Заметки на камнях
lev_shlosberg

Самоирония - чувство живых. Поправляйся, Олег!

открыть материал ...
Придя в себя в больничной палате через неделю после зверского избиения, Олег Кашин задумался, отличается ли он чем-то от Юрия Гагарина — и если да, то чем.

Цитата:
"...Незнакомый мужчина в белом халате сделал инстинктивный шаг в сторону, и моя рука, протянутая к его нагрудному карману, похватав воздух, снова свалилась на матрас.
— Чего он хочет? — спросил мужчина, ощупывая карман.
— Ручку, наверное,— предположил женский голос, и эта женщина, которую я не видел, была права: ручка, конечно, мне была нужна ручка. Синяя гелевая ручка из нагрудного кармана белого халата того мужчины.
— Писатель,— уважительно сказал мужчина с ручкой, но ручку мне так и не дал. Обсуждая забавный инцидент, вся делегация пошла прочь, оставив меня наедине с искусственной вентиляцией легких через проделанную в моем горле специальную дырку. Дырка была проделана ниже голосовых связок, поэтому, даже оказываясь в сознании, говорить я не мог. Увидев ручку в кармане врача, я было обрадовался, взять бы ручку и хоть на собственной забинтованной руке написать: "Под гипсом чешется!!!!!!" — они прочитают и помогут, почешут чем-нибудь. А вместо этого — удаляющиеся спины в белых халатах и никакой помощи. Тогда я еще не знал, что одна из спин принадлежит платному агенту издания "Лайфньюс", местному реаниматологу (я разоблачил его случайно спустя неделю), и что через несколько часов под заголовком "Храброе сердце" "Лайф" расскажет о том, как я потребовал бумагу и ручку, чтобы еще при включенном аппарате искусственного дыхания начать писать страшную правду о тех, кто стоял за нападением на меня.
В реанимационной палате, обмотанный трубками и проводами, я мог спать (и спал) сколько угодно любым сном, искусственным медикаментозным или естественным здоровым. Мог молчать, мог (на девятый день и далее) говорить и, даже пока не мог говорить, все же решил проблему с общением: нашлась неизвестно кем забытая детская грифельная доска, и, нарисовав руками в воздухе прямоугольник, такой условный жест, который сразу почему-то все поняли, я мог писать на этой доске, что меня сейчас беспокоит и чего я хочу. Только про гипс, под которым чешется, писать не потребовалось, его сняли быстрее, чем появилась доска. Поэтому главной темой моих записей стали жалобы на зонд в носу — кормили меня через нос какими-то специальными кормами — и заигрывания с медсестрами. Жизнь моя, с какой стороны ни посмотри, была в те дни интересной и увлекательной".
Tags: Живое, Литеры, Радость, Свободное слово
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments