Лев Шлосберг. Заметки на камнях (lev_shlosberg) wrote,
Лев Шлосберг. Заметки на камнях
lev_shlosberg

Наше всё

6 июня - день рождения Пушкина.

Юра Стрекаловский написал очень хорошую статью. Текст большой, но очень "плотный".
Юра писал 14 часов подряд, с вечера 2 июня до утра 3 июня, и ушел, как мне показалось, "весь в нем".
Почитайте. Фото - Саши Сидоренко.



Лучший из нас

«Система, которую Пушкин создал и запустил в мир, - это динамическая структура, она накапливает смысл, она умнеет, она заставляет нас умнеть, она отвечает нам на те вопросы, которых Пушкин не мог знать»
Юрий Лотман

Начну издалека – с Рэя Бредбери и с митрополита Антония Сурожского. Бредбери написал философский роман-притчу «451 градус по Фаренгейту» - жуткую и, как это обычно бывает, точно и верно исполняющуюся антиутопию о прекрасном новом мире победившей пошлости, об удобном и безопасном мире, где запрещены книги, где их сжигают, потому что они мешают жить, где под страхом смерти и – страшнее! – всеобщего осуждения и осмеяния их нельзя хранить и читать, потому что это в высшей степени неприлично и предосудительно, сродни позорной болезни. И вот в этом мире, где культура и человечность потерпели поражение, – есть люди, которые вспоминают, восстанавливают в памяти тексты книг. Кто-то вспомнит «Пиноккио», кто-то – Евангелие. И корпус воскресших текстов растёт. И так спасается культура и воскресает человечество.

А митрополит Антоний в своих проповедях говорил, что такое богословское понятие как «народ Божий», нужно трактовать не только и не столько так, как это делается в протестантизме (человечество, хранящее в мире Слово Божие – Библию), но шире, иначе, а именно: это Церковь, то есть та совокупность верующих в Бога людей, которые, даже если все тексты Библии, что есть в мире, вдруг исчезнут куда-то, смогут их воссоздать с точностью до самой последней буквы, до самой последней запятой. Потому что они живут этим Словом, потому что этим Словом пронизана, пропитана, создана вся их жизнь, всё их существование, вся их культура.

Теперь о Пушкине. Что бы ни происходило со страной, с культурой, со всеми нами, но пока мы все являемся народом Пушкина, пока мы помним и знаем его, покуда Пушкин будет нами потенциально восстановим – до тех пор пребудет Россия. То есть вот так – буквально – если когда-то случится такое, что всё написанное на бумаге вдруг исчезнет, мы сможем нашего Пушкина восстановить вновь – до буквы, до запятой. Потому что мы – русские, а он – лучший из нас. И пока мы храним его в себе, мы останемся самими собой.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments