Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Запах сожжённых книг

Стали ли за эти годы изданные при участии Фонда Сороса книги хуже, может быть, утратили своё значение? Нисколько. Книги не становятся хуже с годами. И демократические убеждения Джорджа Сороса, о которых он публично говорил, тоже не изменились.

Изменилась Россия. Точнее – российские власти. Теперь для них абсолютно неприемлем демократ, либерал и филантроп Джордж Сорос. И только потому, что публично поддержал демократические усилия народа другой страны в тот момент, когда президент России Владимир Путин публично поддерживал того, против кого восстал народ Украины.

Это «несовпадение политических вкусов» и привело в итоге Фонд Сороса в список «нежелательных организаций» в России, а изданные на его деньги книги – на костер новой российской инквизиции.

Невозможно не обратить внимание: книги сожгли не из-за их авторства и содержания, а только из-за того, кто выделил деньги на издание этих книг. Словно решили в отместку сжечь сами деньги, которые были потрачены на эти книги. Такой бумажно-символический садизм.

Символы любой инквизиции прорываются в жизнь, стоит только дать ей волю. Начали войну с идеями – ждите войну с книгами. Начали войну с книгами – ждите костров из книг.

Ведь всё это уже было – и так недавно, и так страшно. Невозможно не напомнить.


Примеры сжигавшихся нацистами книг в экспозиции мемориала «Яд ва-Шем» (Израиль).

Полностью здесь:


Книги, люди и костры

В 2016 году в России стали сжигать книги, написанные учёными для университетов, из-за человека, на деньги которого они были изданы

В начале минувшей недели стало широко известно, что в Республике Коми (есть уверенность, что не только там) уничтожена партия книг, изданных в конце 1990-х годов Фондом Джорджа Сороса и бесплатно переданных в библиотеки России. Способ уничтожения оказался диким даже для современного российского слуха, оглушенного многими человеческими трагедиями: книги сожгли. Не сдали в макулатуру, не раздали на улице бедным. Сожгли. «Сигнальный импульс» поступил из администрации президента в виде письма, ослушаться которого не посмели. Конечно, в письме ничего не было сказано про способ ликвидации нежелательных книг. Но почему-то выбрали именно такой способ: костёр. Ведь издревле, ещё со времён Средневековья, известно: книги, как и люди, горят.далее



Студенты сжигают «негерманские» сочинения и книги на берлинской площади Опернплац 10 мая 1933 г.
Collapse )

Безымянные могилы

Сегодня стало известно, что с намогильных крестов десантников, погибших на территории Украины и похороненных на псковских кладбищах, сняты таблички с именами и датами жизни.
С могил убраны также фотографии и венки с надписями от сослуживцев - любые доказательства военной принадлежности погибшего.
Всем понятно, что это ответ "командиров и начальников" на попытки составить народный мартиролог российских военнослужащих, погибших во время боевых действий в Украине.
Возможно, это происходит и в других регионах России.
Это - не попытка избавить имена погибших от избыточного внимания.
Это - попытка скрыть доказательства преступления, его масштаб, скрыть само число безвозвратных потерь, которое, судя по таким деяниям, велико.
Появившиеся по всей стране безымянные солдатские могилы будут немыми свидетелями государственного преступления.
Будем надеяться, что Судный День настанет.


Посетитель моего журнала Александр Ефремов, узнавший об этом, прислал сегодня стихотворение.
Судя по строю стихотворения, это песня.

+ + +
Нет, не будет речей с извиненьем,
Покаяний не будет, не жди.
Никогда не попросят прощенья
У солдат перед строем вожди.

Мы стремительно мчимся к пределу,
К той незримой черте, роковой,
Где земли неприкрытое тело
Ждет крови, как воды дождевой.

Где весны озорные рассветы
Не пробудят поэзию птиц,
Где не будет для мальчиков лета,
И ночей новогодних ресниц…

Так случилось, в покорности сытой
Мы забыли о том, как живем,
Мы назвали СТРАНУ - «недобитой»,
Мы упились в экстазе враньем,

Очень нужным, пришедшимся кстати,
Как для шлюхи чужая кровать…
И, последние силы истратив,
Даже бомж возжелал воевать!..

И готов уже десант,
самый лучший в мире.
И беснуется шаман –
репортер в эфире.
Батальоны без знамен,
а в конце все просто:
Лишь таблички без имен
свежего погоста.
Collapse )

«Поэзия, как ангел-утешитель, спасла меня, и я воскрес душой…»

Мы с Жанной в Пушкиногорье. Здесь стрекочут кузнечики, поют птицы и лёгкий воздух. Вчера до глубоких сумерек сидели на скамье под пушкинским домом над Соротью с видом на Кучане. Дождь отошёл. Закат был нежным, от раннего золотого до позднего малинового солнечного сока. Рыба заигрывала с чистой гладью реки, и отражения сизых облаков разбегались по задрожавшему зеркалу до самых берегов. Ватные облака освободили очаги бледнеющего неба. Лес был недвижен. Цветы налились тенями и приготовились ко сну. Величественная ворона в сером сюртуке чинно восседала на верхней ветке берёзы и обозревала окрестности, всем своим видом показывая, как всё это хорошо.

Александр Галич. Баллада о чистых руках



Развеем по ветру подмоченный порох,
И мы привыкаем, как деды, точь-в-точь,
Гонять вечера в незатейливых спорах,
Побасенки слушать и воду толочь.
Когда-то шумели, теперь поутихли,
Под старость любезней - покой и почет,
А то, что опять Ярославна в Путивле
Горюет и плачет, так это не в счет.
Уж мы-то рукав не омочим в Каяле,
Не сунем в ладонь арестантскую хлеб,
Безгрешный холуй, запасайся камнями,
Разучивай, загодя, праведный гнев!
Недаром из школьной науки
Всего нам милей слова -
Я умываю руки, ты умываешь руки,
Он умывает руки -
И хоть не расти трава!
Не высшая математика,
А просто, как дважды два!

Так здравствуй же вечно, премудрость холопья,
Премудрость мычать, и жевать, и внимать,
И помнить о том, что народные копья
Народ никому не позволит ломать.
Над кругом гончарным поет о тачанке
Усердное время, бессмертный гончар.
А танки идут по вацлавской брусчатке
И наш бронепоезд стоит у Градчан!
А песня крепчает - взвивайтесь кострами,
А песня крепчает - "взвивайтесь кострами!"
И пепел с золою, куда ни ступи.
Взвиваются ночи кострами в остраве,
В мордовских лесах и в казахской степи.
На севере и на юге -
Над ржавой землею дым,
А я умываю руки!
И ты умываешь руки!
А он умывает руки,
Спасая свой жалкий Рим!
И нечего притворяться - мы ведаем, что творим!

"Служить бы рад, прислуживаться тошно" (с).



На дружеской ноге, или Игра в классики

В Москве, занимаясь столоверчением, в политических целях вызывали дух русских классиков

Гоголя не хватало. С Гоголем был бы полный комплект. Расставить всех классиков по алфавиту или по росту: Пушкин, Лермонтов, Достоевский, Толстой… Заставить их рассчитаться по порядку номеров, увидеть грудь пятого человека –(Шолохова?) и вперёд, в бой, «они сражались за Родину». Был бы Гоголь, Российское литературное собрание (РЛС) [ 1] прошло бы с ещё большим успехом.далее









...А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
‎Таитесь вы под сению закона,
‎Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
‎Есть грозный суд: он ждет;
‎Он недоступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью —
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей черной кровью
‎Поэта праведную кровь.

Лермонтов, 1837

Артур Конан Дойл и Герберт Уэллс о диссертациях, учебниках истории, спортивных объектах, мигрантах и



Плохо забытое старое, или Топтание на месте

Великие писатели XIX и XX веков проницательно поставили диагнозы многим общественным и личным недугам

Опять ничего нового. То есть совершенно ничего. Настолько, что можно запросто цитировать газеты позапрошлого века без опасения ошибиться и сказать что-нибудь невпопад – не соответствующее нынешнему времени. Люди в большинстве своём консервативны и предпочитают совершать проверенные временем глупости и подлости. И благородные поступки они тоже, как правило, совершают так, как если бы жили сто или тысячу лет назад.далее

Нобелевский "литературный сорняк" Борис Пастернак. 23 октября 1958 года

«Я не ожидаю от вас справедливости. Вы можете меня расстрелять, выслать, сделать все, что угодно. Я вас заранее прощаю. Но не торопитесь. Это не прибавит вам ни счастья, ни славы. И помните, все равно через некоторое время вам придется меня реабилитировать. В вашей практике это не в первый раз».

Грани.Ру:

1958 год. Присуждение Пастернаку Нобелевской премии




Collapse )

Наталья Горбаневская в Пскове. 12 сентября 2013 года. Встреча в областной библиотеке

13.09.2013 18:02 Иду на пл. / Ольга Миронович, ПАИ

Фотографии Саши Сидоренко


Collapse )

"Мы поименно вспомним всех, кто поднял руку". Холоп Сергей Михалков, 1958 год

Выступление Сергея Михалкова в 1958 году с осуждением нобелевского лауреата

«Изменил родине писатель Пастернак»

Борис Пастернак. Фото: ИТАР-ТАСС, архив

Выступление Сергея Михалкова в 1958 году с осуждением нобелевского лауреата

В последнем номере журнала «Новое литературное обозрение» (НЛО) под общим заголовком «Антропология погрома» опубликованы материалы, мимо которых не должен пройти ни один неравнодушный гражданин нашей страны. Это стенограмма собрания Ленинградского отделения Союза писателей СССР в 1958 году, посвященного осуждению Б. Л. Пастернака за получение им Нобелевской премии по литературе, и стенограмма заседания Московской писательской организации Союза писателей РСФСР, созванного для исключения А. А. Галича 1971-1972 гг.

«Ленинградской» подборкой документов занимался Михаил Золотоносов. Он пишет: «При анализе лексики и инвективных формул, использованных некоторыми писателями, выявляется их близкородственная связь с пафосной риторикой 1937 года. Мысль о том, что «с весны 1953 года создается новая социально-речевая ситуация — в масштабе страны», абсолютно неверна. В результате было запрещено дословно публиковать в газетах выступления на собраниях: слишком уж оказалась заметной связь новейшей лексической атаки с фразеологией и духом Большого Террора».

С разрешения издательства НЛО «Русская Планета» публикует фрагмент выступления члена партийной группы правления Союза писателей СССР Сергея Михалкова на ленинградском собрании.

Антисоветскую заморскую отраву

Варил на кухне наш открытый враг.

По новому рецепту как приправу

Был поварам предложен пастернак.

Весь наш народ плюет на это блюдо:

Уже по запаху мы знаем что откуда!

Подпись С. В. Михалкова к карикатуре «Нобелевское блюдо» художника М.А. Абрамова

«…И было бы наивно думать, что Пастернака исключили и все кончено.

Это очень наивно, потому что если мы сегодня обсуждаем его исключение, то в другом здании за тридевять земель, как говорится, в другом помещении и другие собравшиеся уже обсуждают планы новой литературной диверсии против нас. И я не знаю, чьи фамилии фигурируют в тех списках, на которые будут ориентироваться в дальнейшем наши идейные противники.

(КЕТЛИНСКАЯ: Что же, сидеть и пугаться?)

Не надо пугаться, но бдительность, товарищ Кетлинская, нужна. Никто пугаться не думает, и не надо искать среди нас пастернаков, потому что литература наша здоровая, но нельзя забывать о том, что шатающихся, колеблющихся, сомневающихся будут перетягивать туда, а честных — компрометировать. Об этом нельзя забывать, а многие об этом забывают.

Нельзя забывать и другое положение: сегодня о Пастернаке говорят не только писатели, сидящие здесь, а говорит шофер такси (аплодисменты), о Пастернаке говорит парикмахер! Меня вез шофер такси и брил парикмахер, и оба спрашивали, за что его исключили и за что премию дали. Не каждый спрашивающий точно знает — что, как и почему.

Но хуже всего то, что шоферу и парикмахеру это простительно, а есть некоторые литераторы, скажем прямо, которые если не подняли голос за него, если не высказываются, то есть такие, которые где-то что-то не продумали, а где-то, не боюсь это сказать, сочувствуют ему в чем-то, но не говорят об этом. Есть такие писатели, к которым он ходил советоваться, которые ему советовали, а ЧТО советовали — мы не знаем. Были такие писатели!

Не случайно Пастернак три недели тому назад, задолго до получения Нобелевской премии, придя в театр Моссовета, где идет «Король Лир» в его переводе, сказал с юмором, что «в ближайшее время надо мной пронесется гроза, но к весне она утихнет, и тогда будем говорить о новой работе».

Он это сказал. Значит, он сознательно говорил, на что-то опираясь, опираясь на чье-то общественное мнение.

Я видел сам молодую актрису, которая в дни опубликования материалов о Пастернаке говорила, что звонила, выражала ему свое сочувствие и собирается идти к нему его выражать. Значит, среди интеллигенции есть люди, которые до конца не понимают всего происшедшего! Долг каждого писателя в первую голову самому глубоко понять происшедшее событие для того, чтобы суметь объяснить тем, кто его недопонял, а таких у нас много даже среди людей, которые не знают, что такое Пастернак. Вы послушайте разговоры в поезде, в трамвае, в квартирах. Это говорят не обыватели, а народ, который хочет все знать до конца.

Самое плохое в том, что Пастернак был членом Союза писателей. Изменил Родине ПИСАТЕЛЬ. Этого нельзя сбрасывать с политических счетов. Как же глубоко нужно относиться к тому, чем мы живем, о чем говорим, о чем пишем! Как возрастает наша ответственность!

Мне думается, что не только об исключении Пастернака мы должны говорить, а о политических делах, которые идут вслед за этим исключением. Об этом я считал долгом сказать, потому что, я это повторяю, когда ПИСАТЕЛЬ изменяет Родине, это страшнее, чем, если изменяет инженер, перебежавший на ту сторону с какого-то теплохода. <...>

Советские люди все имеют советский паспорт, но не всякий, имеющий советский паспорт, советский человек. Пастернак это доказал».

Золотоносов М. Ленинградская двухдневка ненависти: «Братья Ершовы» против «Доктора Живаго» // Новое литературное обозрение - № 120 (2013) – стр. 94-123